Лучший игрок Европы по версии Европейской конфедерации волейбола (CEV) Максим Михайлов – о своей награде, эпатажных коллегах и о том, что трудолюбие важнее таланта.

В этом году казанский «Зенит» снова выиграл суперлигу и Лигу чемпионов. MVP обоих турниров был признан Михайлов. В сентябре Россия победила на чемпионате Европы в Польше, а лучшим игроком организаторы назвали Максима. На гала-вечере CEV в Москве вручались специальные награды по итогам сезона и совершенно логичным выглядело решение наградить 29-летнего россиянина званием лучшего игрока Европы по итогам сезона. Там мы и поговорили.

После торжественной церемонии все разбрелись по домам и номерам, а Михайлов и Алекно отправились на вокзал. Во втором часу ночи они сели на поезд до Санкт-Петербурга, где в очередном туре суперлиги их «Зениту» предстояло сыграть с «Динамо-ЛО». Действующие чемпионы победили в трех партиях. А лучшим бомбардиром встречи стал… Максим Михайлов, набравший 19 очков.

В КОСТЮМЕ МНЕ КОМФОРТНО

– Максим, количество выигранных вами за карьеру личных и командных кубков перевалило полусотни. Купили отдельную квартиру, чтобы хранить их?

– Думаете, у меня вообще все завалено этими наградами?

– Разве нет?

– Безусловно, что-то есть, но о излишке говорить не приходится. Что-то хранится в Казани, что-то у родителей в Санкт-Петербурге. Место для новых кубков еще есть.

– Насколько комфортно чувствуете себя в этом костюме?

– Вполне комфортно, хотя одеваю его действительно редко.

– Сколько костюмов в вашем гардеробе?

– Один-два. Но отдельных рубашек и брюк достаточно. Мне есть что надеть, но, к сожалению, редко бывает необходимость. С удовольствием делал бы это чаще. Приятно ощущать себя более солидно. Правильно говорится, что когда серьезно одеваешься – и чувствуешь себя по-другому. Сразу появляется осанка, какая-то уверенность.

В 15 ЛЕТ Я ПОНЯЛ: НАДО РАБОТАТЬ

– Практически во всех турнирах прошедшего сезона вы получили приз лучшего игрока. Что самое поразительное – у вас почти каждый год такой. Чем сами объясняете такую стабильность?

– Банально – работой. Я не считаю себя сверхталантливым человеком, которому все дается просто так. Чтобы держать уровень нужно много трудиться на тренировках. Это я и стараюсь делать. Это ключ ко всем победам.

– Трудолюбие важнее таланта?

– Смотрите, талантливых людей, которые достигают многого без работы – единицы. Да, бывают и такие, не спорю. Но гораздо больше примеров того, как человек, обладая небольшими задатками, делал себя сам.

– Но вы, когда только начинали играть, понимали, что вам дано чуть больше, чем остальным?

– Я был на хорошем счету, но уж точно не выделялся какими-то невероятными физическими или техническими данными. Дело как раз в том, что я чуть раньше сверстников понял, как важно работать. Чем больше объема ты выполнишь, тем сильнее это выльется в качество.

– Во сколько лет пришли к этому?

– Наверное, лет в 15, когда переехал в Ярославль и стал относиться к спорту более профессионально. Уехал в другой город один, родители были далеко. Такая жизнь завораживает. Можно пойти во все тяжкие – гулять, тусить и все остальное. А можно наоборот сосредоточиться на карьере. К сожалению, в 15 лет не все делают правильный выбор. И когда в 25 лет хватаются за голову и пытаются взяться себя в руки, зачастую оказывается, что уже поздно.

– Откуда у вас в том возрасте было такое самосознание?

– Думаю, это вопрос воспитания.

– Мне прекрасно известно, что такое жизнь в спортивном интернате. И когда все идут куда-то потусить, а ты отказываешься – коллектив этого не понимает. Как вы решали эту проблему?

– А я и не могу сказать, что всегда как пай-мальчик сидел за столом и учил уроки. Просто чувствовал грань и знал, какие у меня приоритеты. Отдых всегда был вторичен. Но когда он не мешал работе или учебе, я мог расслабиться.

ДЛЯ МЕНЯ ОСТАВАТЬСЯ ПОСЛЕ ТРЕНИРОВОК – ЭТО НОРМАЛЬНО

– От нескольких тренеров я слышал, что вы нередко остаетесь дорабатывать после тренировок. В какой момент это началось?

– Да вот уже тогда, в Ярославле. Мне хотелось достичь всего и сразу. А как это можно сделать? Через максимальный объем работы. И тренировочного занятия не всегда хватало, чтобы выложиться полностью.

– Слышал историю, что в какой-то момент у вас не шли подачи – и вы после каждой тренировки дополнительно делали еще по 100 подач.

– Для меня это нормально. Для спортсмена главное – чувствовать уверенность. И если ты на тренировке подал 100 раз, но не чувствуешь ее – подай еще 100. Тем более подача – это психологически важный элемент волейбола.

– Можно ведь переработать и угодить в функциональную яму. Случалось такое?

– Конечно. По молодости я нередко перетренировывался. Так мог выложиться на утреннем занятии, что даже на вечернее сил не оставалось. Но с опытом я стал лучше слышать свой организм и теперь до такого не доходит.

– Вы и сейчас дополнительно остаетесь после тренировок?

– Конечно. Постоянно дорабатываю, если нужно. Даже если мои молодые партнеры уже идут в раздевалку, не вижу ничего зазорного в том, чтобы остаться и снова сделать то, что не получалось на тренировке.

НИКОГДА НЕ КОЗЫРЯЛ ОЛИМПИЙСКИМ ЗОЛОТОМ

– Вам встречались спортсмены, которые после первой же серьезной победы теряли голову?

– Очень много.

– Что чувствуете, когда смотрите на них? Обиду? Злость?

– Злости точно нет. Скорее становится жалко, что они не до конца понимают суть профессионального спорта. Это же очень короткий период! Но за него нужно реализовать себя максимально.

– Вы выиграли все, кроме чемпионата мира. Как решаете проблему мотивации?

– А я очень люблю побеждать. Настолько, что не могу дать себе спуску. О прошлых же наградах стараюсь не думать.

– Звучит хорошо. Но вот, например, вы вернулись с Олимпийских игр в Лондоне. Это максимальная вершина. Вы – герои страны. Весь мир у ваших ног. И вот через пару месяцев проходной матч Кубка страны при 12 зрителях…

– Согласен, психологически в такие моменты бывает непросто. И после Олимпиады действительно было нечто такое. Но мне каким-то образом удается быстро перебарывать такие периоды. Повезло еще и в том, что ситуация четко контролировалась тренером. Он умеет быстро направить на правильный путь. При этом я прекрасно понимаю, что путь вниз очень быстр. Если буду играть плохо, я же не смогу прийти к президенту клуба и сказать: «Ну что вы, я же олимпийский чемпион».

– А вам приходилось такое говорить?

– Нет, я скромный человек. Для меня олимпийское золото – важная память и, возможно, задел на постспортивное будущее. Но не предмет, которым нужно хвастаться везде и всегда.

– Представим ситуацию. Вы куда-то опаздываете. Вас тормозят гаишники в почти уже родной Казани. Ваши действия?

– Были такие ситуации. Что могу сказать? Узнали – хорошо. Нет – отвечаю по букве закона. Ничего больше.

– Вы – в большом порядке на площадке. Вас ставят в пример все тренеры, хорошо отзываются партнеры по команде. Вы открыты для журналистов. Вежливы. Складывается какой-то идеальный образ. В чем ваша темная сторона? Как вы выплескиваете негативные эмоции?

– У меня, как и у любого спортсмена, бывают плохие эмоции. И тренерам хорошо известно это. Понятно, что на играх и открытых тренировках я веду себя корректно. Да и вообще для достижения результата мыслить нужно положительно. Но на тренировке, когда у меня не идет, я вполне могу вспылить. И мат бывает, да. Но все в рамках.

– Как насчет алкоголя?

– Не скажу, что у меня сухой закон. Это тоже один из способов расслабления. Но опять же – профессиональный спортсмен должен четко знать меру. Если в правильный момент и немного – почему нет?

СПИРИДОНОВ – ХОРОШИЙ ПАРЕНЬ

– С тем уровнем результатов, которых вы добились в волейболе, по-хорошему, вы должны мелькать на экранах телевизора и обложках журналов более или менее регулярно. Этого нет. Больше того, гораздо менее титулованные коллеги из других видов спорта раскручены в разы больше. Вам хоть немного за это обидно?

– Мне обидно не то, что не показывают меня, а то что не показывают волейбол. И через отдельных людей – совершенно неважно я это буду или кто-либо другой – привить больший интерес к нашему виду спорта было бы можно. Все-таки волейбол – достаточно популярен в России. Плюс есть самое главное – результаты.

– Возможно, самый популярный волейболист страны сейчас – Алексей Спиридонов. В силу своей эпатажности и скандальности он известен даже неспортивному болельщику. Как вы относитесь к раскрутке волейбола с такой стороны?

– Так сложилось у нас в стране. Люди, которые делают какие-то странные вещи гораздо известнее остальных. Леха, безусловно, неординарная личность. Он хороший парень, не такой, как про него некоторые думают. Он просто немного другой, отличается от большинства людей. И это, видимо, притягивает остальных. Так что, почему бы и нет? А я вот такой, какой есть. Вести себя по-другому не хочу, да и странно это будет. Каждый должен быть настоящим. Все мы разные, но это же и хорошо. Мне по душе показывать себя на площадке, нежели быть медийной личностью. Ничего с этим не поделаешь.

– Каким бы вам хотели, чтобы вас вспоминали лет через 30?

– Работягой. Обычным, скромным парнем. И, надеюсь, на моем примере многие ребята в 15 лет будут понимать, что результаты достигаются не гулянками, а только лишь трудом.

Беседовал Владимир ИВАНОВ